Мнение

Всем сестрам по губам: почему Минфин не хочет больше давать в долг Кубе, Венесуэле и Белоруссии

4k
Всем сестрам по губам: почему Минфин не хочет больше давать в долг Кубе, Венесуэле и Белоруссии
Михаил Мельников

Минфин России предложил изменить правила выдачи кредитов. Ведомство подготовило документ — проект постановления правительства "Об утверждении порядка предоставления Российской Федерацией государственных кредитов иностранным государствам-заемщикам". Там прописаны подробные правила участия во внешней долговой политике, которым раньше не следовали. Кредиты странам можно будет выдавать, только если есть экономическая целесообразность. По нормам этого документа лишиться российских денег теоретически могут Венесуэла, Куба и даже Белоруссия. Михаил Мельников объясняет, зачем нужен этот проект и на что он повлияет.

Низкий рейтинг? Давай до свиданья

Формально это чисто техническое уточнение — приведение ряда правил в соответствие с новой редакцией Бюджетного кодекса. Общее направление — ужесточение. Проект постановления, к примеру, прямо запрещает давать деньги государствам с долгосрочным кредитным рейтингом ниже B– или B3 по оценкам "большой тройки" международных агентств. А кому присвоен мусорный рейтинг? Кубе, Венесуэле, Мозамбику, Сирии, Ираку, по версии Moody’s — Украине. В следующем пункте читаем еще про один запрет — одалживать деньги странам с шестым и ниже уровнями платежеспособности по оценке Организации экономического сотрудничества и развития. Добавляем сюда Белоруссию, Иран, Армению, КНДР, Молдавию... В кого ни ткни — ныне или в недавнем прошлом большой друг России, много говоривший нам о вечной любви и льготных кредитах.

Получается, что мы больше не сможем кредитовать эти страны? К слову, в 2019 году Россия впервые в достаточно резкой форме отказала Белоруссии в очередном кредите, после чего на определителях пекинских телефонов начали массово высвечиваться минские номера. Конечно, все не так трагично для союзников: в постановление добавлена оговорка о том, что по особому представлению Министерства иностранных дел могут быть сделаны исключения "с учетом стратегического характера политических отношений Российской Федерации с государством-заемщиком".

Долг долгу рознь

Этот документ поднял новую волну праведного негодования, взбудоражившего медиапространство двумя годами ранее. Тогда встал вопрос, почему Россия прощает долги чужим дядям, но не своим заемщикам. Я объяснял, что пресловутые 20 миллиардов были списаны африканцам не разово, а за четверть века, и что списанных внутренних долгов у нас предостаточно. Но разозлиться вообще проще, чем разобраться в ситуации, тем более если потенциальный виновник проблемы тебе и без того не нравится.

Для начала напомню, что рынок трансграничных долгов сложен и разнообразен. Скажем, если Куба позаимствовала деньги у государственного Росэксимбанка, поддерживающего наш экспорт, — это есть суверенный долг Кубы, но не перед Россией, а перед банком как частным предприятием, пусть и принадлежащем России. Минфин — и я вслед за ним — говорит только о долгах, выданных одним государством другому, одним минфином другому (в том числе через покупку гособлигаций на открытом рынке). То есть обойти "запрет Силуанова" можно не только большой просьбой со стороны МИД, но и выдачей как бы коммерческого банковского кредита. Учитывая, сколько финансовых организаций контролирует сейчас наше правительство, это не должно быть большой проблемой. Но особо важные долги выдаются все-таки "из рук в руки" — как, например, несчастные 3 миллиарда долларов для Украины, которые не спасли Виктора Януковича, но стали предметом длительных и дорогостоящих судебных разбирательств.

Наши должники

Перед началом пандемии коронавируса, приостановившей многие операции, главным должником России оставалась Белоруссия — 7,5 млрд долларов. На втором месте Украина — 3,7 млрд. Венесуэла должна 3,15 млрд, 3 млрд — Куба, 1,1 млрд — Индия. Часть стран не раскрывают размер государственного долга, а Россия в качестве кредитора тоже проводит эти расходы по секретным статьям. Официально — чтобы эта коммерческая информация не влияла на другие переговоры и не ослабляла позицию России. Неофициально — чтобы также не подчеркивать перед населением чужих государств, какая именно страна де-факто содержит их правительство. Иначе любое, например, антикоррупционное движение быстро перерастет в антироссийское, как это произошло на Украине в 2014-м и не произошло в Армении в 2018-м.

Теперь, по идее Минфина, получается, что почти все эти долги были выданы неправильно? Не совсем так. Постановление вообще написано довольно робко: оно не распространяется на уже выданные кредиты и на те, переговоры по которым уже начаты. А это весьма серьезные суммы: в общей сложности Россия планирует выдать до конца 2020 года 4 миллиарда долларов. Это самая крупная "раздача слонов" со времен упомянутой поддержки Януковича. Впрочем, сумма все равно не заоблачная — примерно по 2000 рублей с каждого гражданина. Для сравнения, на каждого гражданина США в рамках суверенного долга приходится 75 тысяч долларов.

Но все же — зачем мы это делаем?

Приходилось ли вам когда-нибудь одалживать людям деньги? Зачем вы это делали? Давайте подумаем над причинами, по которым люди отдают свои кровные с некоторым риском больше их не увидеть. Можно выделить пять основных.

  1. Этот человек мне не безразличен (родственник, близкий друг).
  2. В его ситуации реально очень нужны деньги, не могу не помочь.
  3. Боюсь, что в случае отказа испорчу репутацию, потеряю друзей.
  4. Этот человек мне полезен (коллега, руководитель, влиятельная персона).
  5. Хочу, чтобы этот человек зависел от меня.

Разумеется, эти причины не исключают друг друга и могут образовывать весьма причудливые сочетания. Шестой же стимул дать деньги — заработать на процентах — встречается в повседневной жизни относительно редко, зато является главным двигателем банковского (включая "микрокредитный") бизнеса. Первые четыре пункта — "человеческие, слишком человеческие" — банкиров, понятно, не интересуют, пятый идет побочным бонусом. В межгосударственном кредитовании волшебным образом сплетаются "личные" и "банковские" мотивы.

Клиентура требует жертв

Россия — крупное значимое государство, вокруг которого неизбежно образуется определенный круг сателлитов или, как говорили в старину на Романщине, "клиентов" — подкармливающихся за счет гиганта мелких государств, в обмен обеспечивающих ему некую лояльность. Так же обстоят дела и с самым крупным хищником Соединенными Штатами, и с Китаем (посмотрите, как аккуратно передвигается в его сторону Казахстан), и с региональными лидерами типа Саудовской Аравии. Кредитная и военная поддержка в обмен на, например, участие в выгодных гиганту экономических союзах, правильное голосование в ООН и других организациях — типичные примеры такого неравного, но взаимовыгодного сотрудничества. Напомню, что Куба и Венесуэла признали суверенитет России над Крымом, а Венесуэла без Кубы — еще и независимость Абхазии и Южной Осетии. Накопление числа признаний со стороны государств–членов ООН — вопрос отнюдь не праздный или репутационный, это приближает полное международное признание фактического положения вещей.

Белоруссия, как обычно, выделяется: находясь в полной зависимости от России, ее чиновники во главе с президентом обрушили на нашу страну больше оскорблений, чем весь остальной мир вместе взятый за понятным исключением Украины. Тем не менее эта страна представляет собой определенный буфер между Россией и НАТО, исключая появление американских ракет в полусотне километров от Смоленска.

Еще одна выгодная нам составляющая выдачи проблемных кредитов состоит в том, что они часто используются как "целевые", то есть для закупки наших же товаров и услуг. Россия поставляет нечто дорогостоящее на Кубу или в Белоруссию (продает оружие, строит железную дорогу…), Россия же выдает на это кредит, которым покупатель оплачивает заказ, и наше предприятие своевременно получает деньги: развивается производство, сохраняются рабочие места. А использовать появившийся долг как инструмент большой игры — это уже дело политиков. Тем более что теперь они смогут подчеркивать на переговорах: нам запрещено выдавать вам кредит, но в виде исключения… Исключения в современном мире недешевы.

Так что никакой приостановки выдачи кредитов нашим маленьким, но гордым союзникам не будет — просто чуть-чуть перераспределится внутрироссийская ответственность за возможный невозврат. Антон Силуанов отвечает за бюджет, за дебет с кредитом. Если мы видим большой дефицит, по умолчанию виноват Минфин, и кто там будет разбираться, какой кредит завис в Каракасе или Киеве. Сейчас ведомство просто стелет себе соломку и заодно переводит стрелки: если постановление будет принято в текущей редакции, всю ответственность за каждый новый кредит будет вынужден взять на себя МИД. Он отвечает за геополитические интересы — ему, по мысли руководства Минфина, отвечать и за сопутствующие расходы.

Безусловно, Минфин предпочел бы кредитовать исключительно цветущие экономики с великолепными рейтингами, да вот беда — они совершенно не стоят в очередь за нашими деньгами, наоборот, с удовольствием скупают облигации госдолга России. Потому что мы тоже очень надежный заемщик, иногда даже слишком. Но это уже другая история.