Мнение

Третий выходной: зачем России эксперимент по четырехдневной рабочей неделе

Третий выходной: зачем России эксперимент по четырехдневной рабочей неделе
Михаил Мельников

Когда в начале лета 2019 года премьер-министр Дмитрий Медведев порассуждал о возможности сокращения рабочей недели, это казалось ни к чему не обязывающим заявлением, тем более что дело было в Женеве. Журналисты сначала ухватились за тему, а потом о ней благополучно забыли. Однако уже этой осенью кабмин планирует провести эксперимент по 4-х дневной рабочей неделе. Михаил Мельников - о недостатках и преимуществах столь приятной для трудящихся масс идее правительства.

Курс на рост производительности труда

Владимир Путин в своем майском указе 2018 года поручил выйти к 2024 году на темпы "роста производительности труда на средних и крупных предприятиях базовых несырьевых отраслей экономики не ниже 5% в год". После этого был сформирован национальный проект "Производительность труда и поддержка занятости", к которому может присоединиться практически любая компания – правда пока только из числа средних и малых. Возможно, организаторы проекта не считают себя вправе указывать компаниям-гигантам, как строить свой бизнес. Таким образом, сейчас в проекте участвуют 266 предприятий. На них-то и планируется ставить эксперименты.

Я уже подробно рассматривал в своих предыдущих публикациях оба тесно связанных вопроса – понятия производительности труда и перспектив четырехдневной рабочей недели. В двух словах напомню содержание предыдущих серий:

  • Производительность труда – необъективный показатель, практически ничего не говорящий о реальной занятости людей делом. Одинаковая процедура завинчивания болта в "Ладу" и Ferrari с таким подходом различается по производительности в сотни раз. Что несколько несправедливо по отношению к трудолюбивому тольяттинцу.
  • Рубль по отнюдь не идиотскому "индексу бигмака" недооценен в три раза. Долларовая производительность труда в России в три раза ниже, чем в США. Получается, что мы работаем одинаково – что тоже неверно.
  • Выше всего "производительность труда" у тех, кто вообще ничего не производит – например, у адвокатов или элитных проституток.
  • Ни в одной стране мира нет законодательно закрепленной четырехдневной рабочей недели. Зато в одной из самых эффективных экономик – Китае – действует принцип "9-9-6". С девяти до девяти шесть дней в неделю.
  • Самая маленькая рабочая неделя в Евросоюзе – 30 часов в Нидерландах, самая длинная – 41 час в Греции. При этом очевидно, что голландцы намного продуктивнее греков. Первый производит товаров и услуг на 53 тысячи долларов, второй лишь на 20 тысяч (ВВП на душу населения).

Исходя из этого, попробуем оценить необычную настойчивость правительства в деле облегчения труда граждан.

Треть времени – на безделье?

Петр Засельский на Московском финансовом форуме | Фото: РИА Новости

Правда ли, что сотрудники российских предприятий "30-40% времени ничего не делают", как утверждает один из кураторов программы, заместитель министра труда Петр Засельский?

Тут важно понимать, что ранее замминистра трудился в банковской сфере. Действительно, в банковских коридорах часовые чаепития сотрудников вполне возможны, тогда как операционисты в клиентских залах, например, трудятся как пчелы. Так что никакими конкретными цифрами точка зрения Засельского не подтверждается.

Чаще всего в одной и той же организации соседствуют люди, работающие "от и до" в поте лица, и их не столь щепетильные коллеги. Изменит ли реформа последних? Не факт, хотя надежда остается.

Вообще, согласно статистике, мы в России очень много работаем, целых 1974 часа в год. Не китайцы, конечно, многие из которых переваливают и за 3000 часов, но в Европе цифра больше только у тех же греков (впрочем, кто был в Греции, представляет себе интенсивность работы этих людей). 

Причина этого не в нашем трудолюбии или, наоборот, лени, вынуждающей растягивать простейшие задания на много часов, а в исключительной клиентоориентированности сервиса, поражающей иностранцев. Практически все продуктовые магазины, скажем, работают ежедневно и без перерывов, что очень странно для сонной Европы. То же относится к сервисным центрам, агентствам, консультациям и прочим организациям, которые в представлении Запада просто не могут быть открыты по воскресеньям, в субботу должны работать до обеда, а в будние дни закрываться не позже 17 часов.

Сводная статистика часов работы по странам

При нашей же бурной жизни во многих отраслях, от медицины до торговли, четырехдневная рабочая неделя потребует привлечения дополнительных сотрудников. Это, кстати, полезно – все-таки повышение пенсионного возраста насытит рынок труда соискателями, и четырехдневка будет для них очень кстати.

Именно поэтому не рассматривается весьма соблазнительная альтернатива – вместо сокращения рабочей недели увеличить продолжительность отпуска. Все-таки нынешние два раза по две недели в год – это очень мало. Для начала можно разрешить людям брать еще столько же за свой счет, потом постепенно сделать это обязательным для бизнеса. Бизнес бы не отказался – он потеряет всего 20 рабочих дней на сотрудника вместо 48 при четырехдневке (52 недели минус 4 недели отпуска). Но при отпусках нагрузка все же перекладывается на действующих сотрудников, тогда как четырехдневка вынудит нанимать новых.

Маркс был бы доволен

Многие говорят, что лишний досуг нашему человеку вредит: он то ли пить начинает, то ли хулиганить, то ли рассуждать. Определенные риски такого рода может и имеются, но в то же время всю свою историю человечество билось за то, чтобы жизнь становилась хоть немного легче, хоть чуть-чуть веселее.

Начавшаяся в конце XIX века и продолжающаяся до сих пор научно-техническая революция позволила сделать огромный шаг в этом направлении – не без влияния, конечно, идей Карла Маркса, изрядно напугавших господствующий класс и тем самым сделавших сносным существование класса бесправного.

Лозунг в Мельбурне за отмену 12-часового рабочего дня

Вообще, если вспомнить историю, именно борьба за права "третьего сословия" была основой самых разрушительных социальных катаклизмов. Большевики, например, пришли к власти в России под лозунгом восьмичасового рабочего дня ("Восемь часов работы, восемь сна, восемь отдыха" – цитировал лозунги десятых годов еще Аркадий Гайдар), и именно он стал главной их приманкой для публики. И далее Россия почти весь XX век была одной из самых социально ориентированных стран, именно она показывала миру, что рабочий день может быть не бесконечным, вынуждала американских и европейских олигархов идти на уступки работникам во избежание повторения "русского взрыва".

Так что сила, которая пообещала бы сейчас народу четырехдневку, немедленно снискала бы симпатии значительной части избирателей. И правительство совершенно правильно забрало эту повестку себе. Важно не отдать полезный лозунг в дурные руки. Но в то же время к изменению структуры рабочей недели мы, как мне кажется, не готовы.

Производство вместо производительности

Трехсторонняя комиссия с участием профсоюзов, работодателей и правительства соберется на обсуждение идеи четырехдневки в ноябре. Хотелось бы, чтобы помимо размышлений о том, как подогнать цифры к президентским ориентирам, там присутствовала и простая человеческая логика.

Для улучшения экономики России нужно не столько арифметическое повышение производительности труда, сколько техническое перевооружение. При всем уважении к летучему Федору, наша страна нуждается не в одноразовых космонавтах, а в настоящих промышленных роботах собственного производства. Нам нужно дальнейшее сокращение бюрократического аппарата и развитие бизнеса.

Нам нужно понимание того, что мы сильно отличаемся и от Запада, и от Китая, менталитет в работе играет очень важную роль. Русский человек – проектный человек, он умеет добиваться четко поставленных целей, а вот рутинная работа, к сожалению, убивает в нем энтузиазм – и тогда появляются эти 30-40% безделья.

Нам нужно подумать о снижении налоговой нагрузки для бизнеса, что позволит хозяевам расширять свои предприятия и нанимать больше сотрудников. Эти люди умеют считать деньги, они сами разберутся, какой рабочий день устанавливать для сотрудников. Задача государства – внимательно следить, чтобы это не превращалось в откровенную эксплуатацию. А пять дней по восемь часов – это не эксплуатация, это нормальная занятость, к которой мы привыкли за сотню лет.

К тому же в современных условиях законодательно вмененная бизнесу четырехдневная рабочая неделя с сохранением зарплат может стать серьезным ударом по сфере услуг, выживающей у нас именно за счет сверхдолгого времени работы.

* * *

Думается, в правительстве все это понимают, но пока не видят другого способа быстро поднять производительность труда. Хочется пожелать министрам не гнаться за абстрактной цифрой, а последовательно улучшать бизнес-атмосферу, чтобы людям самим хотелось создавать в России рабочие места и платить сотрудникам зарплату. Это, говорят, и есть настоящий экономический рост.

Подписывайтесь на нас в Instagram:
https://www.instagram.com/ruposters_ru/

Поделиться / Share