Политика

Константин Семин: Навального оправдает не история, а Виктория. Виктория Нуланд

Константин Семин: Навального оправдает не история, а Виктория. Виктория Нуланд

Прочитал у Захара Прилепина, человека, очевидно, правильных взглядов, человека, мной уважаемого, что-то вроде апологии Навального. Мол, не за то Навального судит власть, что он - наймит Вашингтона, а за то, что наступил влиятельным людям на хвост. Надо бы, дескать, иначе.

А как иначе? Нет ли в рассуждениях Захара опасного примиренчества, заигрывания с врагом, товарищи?

В чем смысл. Деградация системы сегодня, как каждый понимает, распространяется не только на литературу, искусство в целом, образование, науку, поезда, самолеты и пароходы. Деградация всеохватна. Деградация в абсолютно одинаковой степени касается и Агитации с Пропагандой, и работы репрессивной машины государства - машины, отвечающей среди прочего за следствие и дознание. Эта машина может допускать чудовищные ошибки, может не моргнув, пережевывать человеческие судьбы. Судьбы патриотов в том числе.

Порой эта система не в состоянии - просто в силу интеллектуальной деградации - собрать достаточно убедительную доказательную базу, чтобы отправить за решетку конченого негодяя. Вся страна наблюдала, как система поскальзывалась и теряла на ходу листы с протоколами в ходе прений по делу ЮКОСа. Лучшие, самые дорогие юристы страны - адвокаты с эксклюзивной тарифной сеткой, то тут, то там ставили неуклюжим следователям подножки, посмеивались над ними. 

Только вот страна не смеялась вместе с Юрием Шмидтом и Каринной Москаленко. Страна мрачно ждала. Она отчетливо понимала - плевать на нюансы, Ходор должен сидеть. И не только Ходор. Но хотя бы Ходор. Для начала Ходор. За ЮКОС, за Ходора власти можно было простить очень многое. ЮКОС стал своеобразной декларацией независимости (такой же, как «закон Димы Яковлева», между прочим), растоптанной ханской басмой, коллективной ответкой за Семибанкирщину, за Голосуй-а-то-проиграешь, за Хасав-Юрт и выкупающего пленных Березовского, за «победу» невменяемого Ельцина на выборах.

Было ли следствие в этом случае идеальным? Была ли доказательная база монолитной? Могла ли разграбленная, расстрелянная и взорванная, повисшая над пропастью (в том числе усилиями ходорковских) страна явить миру пример безукоризненного с точки зрения международного права судебного разбирательства? Был ли, тем не менее, приговор Ходору справедливым в глазах абсолютного большинства граждан? Бесспорно, был. Все, кто имел прямой или косвенный опыт общения с Ходором или с Невзлиным, прекрасно знали - рыла у этих ребят в кровавом пуху. 

Единственная претензия у народа к Басманному суду - почему только Ходор? Где продолжение? Захар, если пользоваться твоей логикой, выходит, что формально Ходорковскому досталось за Северную Нефть и неосторожную фразу, брошенную на одном из заседаний РСПП? Я был свидетелем этой сцены, кстати. По мне, так довольно и ее. Но ведь вокруг Михаила Борисовича происходило много другого, заведомо недоказуемого. Была попытка, объединив ЮКОС и Сибнефть, создать ЮКСИ - компанию с такой капитализацией и совокупными запасами, что «Газпром» переставал быть хозяином энергетического рынка. Были планы отжать «Сургутнефтегаз». Были неосторожные разговоры во время частых поездок в Вашингтон о том, что России «доктор прописал» парламентскую республику и безъядерный статус. Такая ли фантастика, умудрись Ходор собрать пасьянс в Государственной думе? Все, что я перечислил, можно доказать в суде? Нельзя. Все, что я перечислил, является угрозой национальной безопасности? Безусловно.

Теперь Навальный. Понятия не имею, кто он такой и какое дерево украл. Единственное, что известно достоверно, Навальный - не Фидель Кастро. Когда в 53-м году Кастро судили за участие в нападении на казармы Монкадо, прозвучала знаменитая речь, закончившаяся словами: «История меня оправдает!» (La historia me absolverá). Тут важен ровно один момент. В ходе процесса Кастро говорил не об одном себе. Не о косметических деньгах и проданных на сторону пальмах. Он говорил о жуткой, беспросветной нищете и бесправии, в которые его Родину погрузили олигархи, столь уважаемые Навальным «иностранные инвесторы». Вот несколько цитат.

«Более половины наиболее плодородных обрабатываемых земель находится в руках иностранцев. В провинции Орьенте, самой обширной, земли «Юнайтед фрут компани» и «Уэст индиан» простираются от северного до южного побережья. 200 тысяч семей крестьян не имеют и клочка земли, где они могли бы вырастить хотя бы овощи для своих голодных детей».

«Девяносто процентов деревенских детей страдают от паразитов, которые попадают к ним из земли, через ногти их босых ног. Общество бывает потрясено сообщением о похищении или убийстве какого-нибудь одного ребенка. Но оно остается преступно безразличным к факту ежегодного массового убийства стольких тысяч детей, которые из-за отсутствия средств медленно умирают в ужасных муках».

«Когда вы судите кого-либо, обвиняемого в краже, сколько времени он был без работы, сколько у него детей, сколько дней в неделю у него была еда, а сколько нет. Вы абсолютно не интересуетесь социальными условиями, в которых он живет; вы отправляете его в тюрьму без всяких разговоров. Но туда не отправляют богатых, которые поджигают магазины и торговые лавки, чтобы получить по страховым полисам, хотя при этом погибают иногда и люди,- ведь они имеют достаточно денег, чтобы заплатить адвокатам и дать взятку судьям».

«Будущее нации и разрешение стоящих перед нею проблем не может продолжать зависеть от эгоистических интересов дюжины финансистов, от хладнокровных подсчетов прибылей, которые производят в своих кабинетах с кондиционированным воздухом десять или двенадцать финансовых магнатов».

На несправедливом суде, пользуясь возможностью, Кастро излагал свою политическую программу. Ее суть - отстранение от власти кубинских навальных, ходорковских, коломойских и порошенко. Шестерок иностранного капитала, прислужников олигархии. Кастро говорил о долгой и тяжелой национально-освободительной борьбе своего народа, абсолютно синонимичной борьбе Новороссии. Новороссии, которой, понятное дело, вообще не существует для навальных. Тут нет претензий. «У кого что болит»... И что же болит у Навального? Давайте отожмем его речь от нудной юридической казуистики. Чем может ответить Леша Фиделю?

«Обязанность любой власти - поддерживать предпринимательство и развитие бизнеса».

«Когда я был советником губернатора, естественно, в мои обязанности и в обязанности всех членов команды нового губернатора входили вопросы того, что мы зазывали сюда бизнес и обеспечивали ему максимальное содействие».

«Важнейшей причиной существования этого дела и рассмотрения этого дела является вытеснение меня из легального политического поля».

А все потому, что он, Леша, борется против Тимченко, Токарева, Якунина, Ротенберга и других «друзей Путина». Минуту. Так только за это Лешу должна оправдать история?! Вот только за это все, кто преследует Лешу и других борцов «с этим коррумпированным оккупационным режимом», «понесут суровое, но справедливое наказание?» Недурно!

Как истинный жулик, Навальный пытается влезть в ботинки Фиделя. Да только великоваты башмаки. В сказке «12 месяцев» так ведет себя наглая мачехина дочка, которая начинает требовать от офигевших братьев-месяцев положенные ей привилегии:

«- Сестру твою мы знаем, - говорит Январь-месяц, - а тебя и в глаза не видали. Ты зачем к нам пожаловала?
- За подарками. Пусть Июнь-месяц мне земляники в корзинку насыплет, да покрупней. А Июль-месяц - огурцов свежих и грибов белых, а месяц Август — яблок да груш сладких. А Сентябрь-месяц - орехов спелых. А Октябрь...
- Погоди, - говорит Январь-месяц. - Не бывать лету перед весной, а весне перед зимой».

Упомянутый Навальным «оккупационый режим» ведь тоже - пальтишко с чужого плеча. Краденое. Понимает Леша, какие настроения в стране. И опекуны его тоже понимают. Вот и натягивают сову на глобус. Оккупационный режим, Леша, это режим Бориса Николаевича Ельцина. Оккупация, Леша, это власть иностранного государства, которое приватизирует наши недра с помощью Соглашения о разделе продукции, например. Ты-то должен помнить о таком. Помнишь? А вот детки из твоей столичной секты уже вряд ли помнят. По этому соглашению, Леша, как известно, нашу страну грабили иностранные корпорации - не год и не два. Оккупационный режим, Леша, это то, что происходит сейчас на Украине. Потому что оккупация - это мародерство и дерибан под диктовку иностранцев. Из Йеля и Гарварда. Так было при Чубайсе, который родил Никиту Белых, который родил тебя. Оккупационный режим - это тотальная приватизация в пользу иностранного капитала: приватизация банков, приватизация энергетики, приватизация металлургии, приватизация земли.

В России, Леша, очень много проблем. И с чиновниками тоже. Но если в начале 2000-х первая десятка банков состояла из банков олигархов, то сегодня это сплошь государственные банки. И ЮКОС, и «Сибнефть» мытьем или катаньем, но возвращены в собственность государства. Железные дороги, Леша, не проданы и не распилены на куски. Энергетика, вопреки чубайсовой реформе, возвращена под контроль государства. У народа очень много вопросов к чиновникам, особенно к тем, что родом из 90-х, но чиновники - вороватые или нет - приходят и уходят. Как ушли Вяхирев, Черномырдин, Аксененко, Адамов. А государство, если оно не продано олигарху, остается. У народа поэтому, как ты ни извивайся, ГОРАЗДО больше вопросов к олигархам, которых ты, Леша, никогда не упоминаешь всуе. Почему? Потому что ты представляешь их интересы.

Потому что проект «Навальный», давайте говорить прямо, - это отчаянная попытка взлома олигархией выстроенной на руинах СССР хлипкой конструкции по имени «силовой корпоративизм». Это абсолютная калька с любого другого оранжевого сценария - когда, как на «Евровидении», народу подбирают национального поп-идола. По внешней стати, в первую очередь. Так советским подбирали русака-Ельцина, а сербам - Джинджича с Тадичем. Навальный - это очередная попытка сорвать защитную пломбу с и без того рыхлого, изъеденного крысами государства. Именно поэтому Навального интересует Тимченко, но не интересует Фридман. Интересует Сечин, но не интересует Дерипаска. Это драка интернациональной и национальной буржуазии. В канун мировой войны. На пороховом погребе, под крышкой которого - ядерное оружие. Вот и весь сказ.

Именно поэтому Александр Андреевич Проханов, пытавшийся однажды выудить из Навального хоть одно разумное слово, так и не услышал ничего по поводу программы действий. «Фейсбуки» и шагающие по улицам кубы - это, как вы понимаете, не программа. Проханов жаждал узнать что-нибудь про БАМ, про Северомуйский тоннель, про дороги и мосты, про новые заводы и месторождения (все, чем плохо, криво, воровато, но все-таки занимается власть), про армию, про Кавказ и Среднюю Азию, про Украину, про отношения с нашими дорогими и любимыми «международными партнерами», но получил в ответ только закольцованную песню про распилы и откаты. Да в курсе мы. И про десять заповедей тоже. Что делать-то предлагается? Не с воровством. Со страной. Ты чьих будешь, Леха?

Дело Навального, конечно, симптоматичное дело. Как простуда на губе. В таком же смысле, в каком для позднего СССР симптоматичным было дело Гдляна-Иванова. Они страшно похожи, две этих истории. Борцы с узбекской коррупцией, следователи Гдлян и Иванов, внесли немалый вклад в разрушение великой страны. А выполнив свою историческую задачу, после распада Союза, бравые следователи рассосались по демократическим закоулкам. Кто их помнит теперь? Кто вообще помнит, что же в действительности творилось в Узбекской ССР? А вот последствия той истерики, смешной по сегодняшним меркам истерики, ощущаются до сих пор. Но и они - всего лишь цветочки. «Исламское государство Ирака и Леванта» скоро познакомит нас с ягодками.

Так заслуживает ли нашего сочувствия гражданин Навальный, товарищи? Должны ли мы в этот критический для государства час из уважения к чувствам московского креативного класса вцепиться зубами в букву закона и потребовать для гражданина Навального справедливости - чистой, как слезинка ребенка? И в чем такая справедливость могла бы заключаться? Не должны ли мы, товарищи, в нынешних, военных, обстоятельствах рассматривать гражданина Навального как организационное оружие буржуазии, нацеленное на уничтожение остатков нашей государственности с помощью мятежа, саботажа и провокаций? Какое, в конце концов, народу дело до гражданина Навального и всей околонавальной публики, коль скоро гражданину Навальному со всеми его юридическими талантами нет никакого дела ни до народа, ни до бед народа, ни до проливаемой народом крови?

«История меня оправдает», - сказал Фидель Кастро. Навального оправдает Виктория. Виктория Нуланд. Других викторий у России для Навального нет.

Константин Семин

Подписывайтесь на нас в Instagram:
https://www.instagram.com/ruposters_ru/

Поделиться / Share