Статьи

Авантюрист Борис Первый: как русский эмигрант покорил европейцев и стал королем Андорры

Авантюрист Борис Первый: как русский эмигрант покорил европейцев и стал королем Андорры

Среди русских эмигрантов первой волны есть один, биография которого кажется совсем сказочной. Авантюрист, разведчик, поставщик кокаина, любитель казино... Чего только о нем не говорили, чем он только не занимался, где он только не был. Он умудрился подружиться со всей европейской знатью, а в итоге вошел в историю как единственный король Андорры Борис I. Андрей Полонский вспоминает Бориса Скосырева - человека, который прожил удивительную жизнь и оставил после себя множество слухов и домыслов. 

В ноябре 1934 года "Нью-Йорк Таймс" писала: 

Несмотря на синие робы, выдаваемые всем испанским заключенным, Борис де Скосырев, претендент на трон Андорры, с его неизменным моноклем в правом глазу, сохранил все свое достоинство и флер исключительности.

Сегодня в этой фразе почти каждое слово кажется частью какого-то розыгрыша. Все здесь неправильно. 

Какой такой король Андорры? Одно из самых маленьких государств Европы с 5 тысячами населения на границе Франции и Испании с 988 года имело особый политический статус, и никогда не надеялось стать самостоятельной монархией. Да и к чему, собственно?

Но это только на первый взгляд. Был в Андорре король, был. И Андорра стала монархией на целых девять дней, с 11 по 20 июля 1934 года. Правил там, судил да рядил великий и грозный король Борис Первый, тот самый "Борис де Скосырев". 

Борис Скосырев, Андорра

Правда, приставку "де", намекающую на аристократическое происхождение этого монарха, можно смело отбросить. Да и местечка Скосырево, откуда этот человек должен был бы происходить по логике офранцуженной русской фамилии, на самой подробной карте никак не обнаружить. Но ничего страшного, грешили самооблагораживанием в XIX веке многие, достаточно вспомнить Ги де Мопассана. В XX, правда, такое стремление к аристократизму выглядело уже несколько старомодно, - в ход шли иные способы преуспеть. 

Однако Борис Скосырев с детства был несколько старомоден. Он как будто вышел с картинки совсем другой эпохи, где разгуливали Калиостро и Сен-Мартен, а не штурмовики и офицеры НКВД. И это ему только в плюс. 

Фантазер, сказочник, вояка 

Достоверно известно, что Борис Михайлович Скосырев родился в Вильно (Российская империя) 12 января 1896 года. Всю жизнь он утверждал, что происходит из старинного дворянского рода, чуть ли не королевской масти. Это напоминает один прочно забытый американский роман примерно тех же лет, в котором главный герой искал у себя кровь ирландских королей, а нашел кровь негритянских рабов. 

Разумеется, в родословных книгах и дворянских списках никаких Скосыревых из Вильно не числилось. Однако древние книги – дело темное. Вполне возможно, когда-то предки нашего героя были родственниками самого герцога Альба, но коварные враги вымарали его имя на веки вечные…

Известно только, что отец Бориса Михаил Михайлович служил земским начальником в уездной Лиде, еще более захолустной, чем тогдашний Вильно. И ничем на этом поприще не прославился.

Борис позже рассказывал, что учился он в Оксфорде и Парижском лицее Людовика Великого. С чего, почему – непонятно. В любом случае в списках этих знаменитых школ его имени не обнаружено. При этом какое-то систематическое образование у Скосырева явно было. Он знал почти все европейские языки, в совершенстве и с жаром говорил на английском, французском и немецком, мог легко очаровать почти любого собеседника. Не исключено, что университет он закончил как раз в Петербурге, однако и в столице империи документальных следов его пребывания не обнаружено. Да никто и не искал особенно.

В любом случае сам Борис утверждал, что 17-й год застал его на берегах Невы. Страшные большевики всю его семью извели в чекистских застенках, а самого поместили аж в Петропавловскую крепость. Все это случилось в ноябре-декабре 1917 года. 

В итоге сам Борис проявил чудеса изворотливости, ему удалось бежать на Запад и в начале 1918 года добраться до Лондона. 

С этой поры сказки заканчиваются, начинается хотя бы какая-то более или менее реальная история. 

В Лондоне молодой человек двадцати с небольшим лет со знанием русского языка легко поступил в армию и был обратно откомандирован в Россию. На сей раз - в составе Королевской службы военно-морских бронированных машин (RNACD). Это интереснейшее подразделение было создано на средства британского аристократа Оливера Локер-Лэмпсона, с которым сдружился Скосырев. Оливер взял его к себе переводчиком и очень ценил. 

Оливер Локер-Лэмпсон (на коне) и Альберт Эйнштейн

RNACD воевала на Украине. Скосырев был знаком со многими видными деятелями Белого движения, водил дружбу с генералом Кутеповым и, в любом случае, примелькался. Русская смута способствовала мифотворчеству, можно было сколько угодно плести увлекательные рассказы о своих подвигах и приключениях.

Однако на Украину пришли большевики, англичане свернули свою деятельность, и к началу 20-х годов Борис Скосырев снова гулял по Оксфорд- и Бейкер-стрит.   

Кокаин и поддельные векселя 

Он устроился работать в военное представительство Японии в Лондоне, но очень скоро влип в скандал. Английские газеты писали о драке Бориса и военного атташе Страны Восходящего Солнца господина Хошимото. В деле как-то фигурировали неоплаченные счета за квартиру и золотые часы японского майора. 

Естественно, из японской дипломатической миссии Скосырева уволили, он опять остался без работы. Через несколько месяцев его задержал Скотланд-Ярд. Борис расплачивался поддельными чеками за выпивку, жилье и еду. Кроме того, у него не было обязательной в те годы в Англии регистрации.

Отсутствие регистрации Скосырев объяснил страхом перед советскими диверсантами. На фоне тогдашней антибольшевистской истерии такая версия прошла на "ура". А счета пообещал оплатить. Его отпустили. Однако на работу нигде не брали. И в итоге в 1922 году он оказался в Нидерландах.

Скосырев рассказывал, что сама королева Вильгельмина присвоила ему титул "герцога Оранж" за важные тайные услуги, оказанные королевскому дому. Это была очень смелая версия. Дело в том, что герцогами Оранскими являются сами представители голландской королевской династии. Почему Скосыреву это обстоятельство сразу не пришло в голову, неизвестно. Или он пошел ва-банк, думая, что выигрыш велик, а проигрыш ничтожен? Никто теперь не знает.

Конечно, никаких документов о титуле не сохранилось, однако в 1924 году Скосырев получил в Нидерландах одновременно голландский и нансеновский паспорт. Нансеновский паспорт, предназначенный для людей, потерявших гражданство, в ту пору был весьма популярным документом. Он позволял въезжать во множество стран без виз.

И Борис отправился в Колумбию. Он основал торговую фирму Boris de Skossyreff, освоил испанский и мотался из Латинской Америки в Европу и обратно, используя за океаном нансеновский паспорт, а в Европе – голландский. Хорошо и удобно.

Скорей всего, он возил кокаин, и был, вероятно, поставщиком большей части европейской знати. Отсюда и его "аристократические связи".

Его обвиняли и в работе на все разведки мира – от большевиков до фашистов, включая англичан и японцев. Но, думается, он был мало приспособлен для такого поприща. Хотя как знать…

…В начале 30-х годов Борис Скосырев женился. Первой и единственной официальной женой Бориса стала не очень красивая француженка, зато "подлинная аристократка" Мари-Луиза Пара де Гасье. Было у Мари и еще одно замечательное качество. Она совершенно не препятствовала бурным романам своего мужа. Тем более нравы в 30-е годы царили весьма свободные…

И вот в 1932 году Скосырев познакомился с американкой Флоренс Мармон, женой владельца одной из крупнейших автомобильных компаний того времени Marmon Motor Car Company - Говарда Мармона. 

С ней-то он и явится в Андорру. Флоренс была моделью, красавицей и не меньшей авантюристкой, чем наш герой.

Подаренный трон 

В Андорру тогда только что построили шоссе и провели электричество. Случилось это весьма кстати. Именно по шоссе Борис и Флоренс стали наезжать в горное захолустье из Испании. И им в Андорре очень понравилось. Настолько понравилось, что они решили навсегда там остаться. И сделали это весьма причудливым способом - стали местными королем и королевой.

Надо сказать, что статус Андорры был определен еще в ХIII веке. Миниатюрным княжеством управляли епископ Урхельский и король Франции. Понятно, что епархия епископа была гораздо больше миниатюрного государства в горах. О Франции даже и говорить не стоит…

Однако после трех французских революций и окончательного провозглашения республики с французским королем случилась некоторая загвоздка. В итоге соправителем Андорры считался президент республики. Для любого уважающего себя роялиста такое положение было хуже, чем пощечина. Многие андоррцы были убеждены, что все права на их страну принадлежат наследнику Бурбонов – герцогу Гиза, в ту пору – правнуку короля Луи-Филиппа Первого - Жану Орлеанскому.

Неожиданно неспокойно оказалось и в самой Андорре. Электричество и шоссе внесли смуту в жизнь местных крестьян. Они неожиданно узнали, что весь окружающий мир устроен как-то иначе, чем их быт на пиренейских склонах.

Скосырев в Испании

17 июня 1933 года местный парламент – Генеральный совет долин, состоящий из 24 депутатов - принял судьбоносное решение о введении всеобщего избирательного права для мужчин старше 25 лет. До этого момента депутатов избирали только главы семейств и домовладельцы, платившие налоги. Подобное нововведение не устроило Судебный трибунал, державшийся старых правил, и тут начались волнения. Президент Франции даже принял судьбоносное решение – ввел в Андорру ограниченный контингент в количестве 50 полицейских. Волнения были подавлены, крестьяне вернулись к хозяйству, но ропот остался.

И как раз в ту самую осень там первый раз и появились Борис и Флоренс.

Они бродили по Андорре, нюхали кокаин и болтали с людьми. Достаточно быстро они перезнакомились и со всеми 24 депутатами Генерального совета долин. Сделать это было нетрудно – тут каждый знал каждого.

Очаровать провинциальных депутатов для такого человека, как Скосырев, было даже не делом техники, а делом привычки. Да и девушка рядом с ним была хороша и свободна. 

Они стали исключительно популярны – их зазывали в каждый богатый дом. Тут Скосыреву, вероятно, и пришла гениальная мысль стать королем этого миниатюрного, но милого королевства. И Борис представил Генеральному совету свою программу: отменить налогообложение, ввести политические свободы и устроить казино. Отсутствие налогов, свобода и рулетка должны были, по его замыслу, привлечь сюда людей со всей Европы.

Дом долин - место заседаний парламента Андорры. Тут Бориса Скосырева провозгласили королем

Свою программу Скосырев представил 17 мая 1934 года. Для ее осуществления требовалось совсем немного – признать Бориса королем, а Флоренс – королевой. Самое смешное, что у Бориса возникли и "законные основания" претендовать на местный трон. Каким-то образом он заручился письмом герцога Гиза, который передал этому парню все свои права. Как это вышло, никто не знает, но письмо несколько раз проверяли - на удивление оно оказалось подлинным. 

В любом случае на первый раз представители Франции и Урхельского епископа спохватились достаточно быстро и выдали ордер на выдворение парочки из Андорры.

Скосырев подчинился, но всего на несколько недель. 6-7 июля он вернулся, причем с новым письмом от герцога. На сей раз Гиз уже прямо распорядился объявить Андорру королевством и провозгласить королем Бориса. 

Карикатура на задержание Скосырева

10 дней короля 

Генеральный совет внял наследнику французского престола и в два голосования 8 и 10 июля исполнил волю герцога. Так русский эмигрант Борис Михайлович Скосырев стал единственным в своем роде королем Андорры Борисом Первым. "За" проголосовало 23 депутата, один был против.

Первым актом нового короля стало провозглашение Конституции. Андорра объявлялась независимым королевством, утверждалось равенство всех перед законом, полная отмена налогов, а также декларировались гражданские свободы для всех граждан, независимо от пола, вероисповедания или политических взглядов.

Помимо Конституции, Скосырев придумал для своей Андорры новый флаг. Флаг был красивый.

Флаг, предложенный Скосыревым

И все, возможно, получилось бы удачно, если бы единственный депутат, который голосовал против, не оказался ябедой. Он тут же отправился к епископу и пожаловался, что новоявленный монарх собирается открыть в стране казино. 

В сущности, епископ Урхельский Жусти Гитарт-и-Вилардебо, которому Андорра была обязана всеми техническими новшествами – и шоссе, и электропроводами – ничего против независимости не имел. Но вот игорный бизнес, это дьявольское порождение, не нравился ему категорически. Он пришел в ярость и буквально на следующий день - 11 июля - публично осудил и саму монархию, и короля Бориса.

Возможно, если бы Скосырев знал, что служителя Христа раздражает только рулетка, им удалось бы договориться. Но, вероятно, он был плохо информирован, и потому 12 июля объявил епископу войну.

Война продолжалась недолго. 20 июля страну оккупировали 9 испанских жандармов. Король был арестован, десятидневное царствование - закончено, все вернулось к привычному порядку.

Запутанная история 

Скосырева судили в Мадриде. Его приговорили к 12-месячному заключению за нарушение паспортного режима. Больше вменить ему было нечего, остальное выглядело вполне законно. Никакой узурпации власти.

Отсидел Борис всего несколько месяцев, и уже в начале 1935 года его переправили в Португалию. Флоренс, которой не удалось насладиться короной, сбежала в Штаты, Скосырев вынужден был вернуться к жене.

В Испании началась Гражданская война, Скосырев оказался во французском городе Манд, в лагере для "нежелательных лиц". Существовали и такие в те годы в самой "свободной" Европе.

Карикатура во французской газете

В 1939 году снова застаем его во французском лагере - на сей раз в Арьеже, в хорошо знакомых Скосыреву Пиренеях. Там с ним познакомился русский историк Александр Рубакин.

Дальше версии расходятся окончательно. 

По одной из них, Скосырев был освобожден немцами, служил офицером в одной из зондер-команд, попал в советский плен.

По другой, из французского лагеря плавно был передан правительством Виши в немецкий, досидел до конца войны и опять-таки попал в советский плен.

История странная, потому что, если ей верить, из плена Борису удалось уйти живым и невредимым, и он дожил до 1989 года. Жил он с Мари-Луизой в городке Боппард на западе Германии, говорят, наличествовала у них какая-то мелкая недвижимость, которую они сдавали в аренду.

Существует в Боппарде и могила Бориса Скосырева, так что все вроде сходится.

О смерти Скосырева. Дата рождения в этой заметке указана другая

Однако историки сомневаются: уж больно много этот человек напридумывал про свою жизнь, слишком головокружительные приключения пережил, чтоб так просто взять и умереть от старости. Кто-то видел его в Аргентине приближенным Хуана Доминго Перона и любовником прекрасной Эвиты. Кто-то - в Южной Африке отчаянным борцом за торжество апартеида против "обезумевших чернокожих". Кто-то якобы вспоминал, что он не пережил войны и погиб в лагере. Причем неизвестно в каком – французском, немецком или советском…

 …Андорра сегодня процветает, выполнив все до единого советы своего первого и последнего короля. Казино там тоже открыли и не одно. Так что в любой момент можно приехать сыграть с судьбой в рулетку. Но так роскошно, как это удалось Борису Скосыреву, вряд ли у кого получится. Другие времена, другие нравы.