Мнение

Война за цифровые ресурсы. Как крупные IT-компании убивают перспективные стартапы

9.6k
Война за цифровые ресурсы. Как крупные IT-компании убивают перспективные стартапы
Андрей Васильев

IT-гиганты с их возможностями лоббирования и продвижения сегодня стали главными тормозами развития рынка цифровых технологий. Монопольные компании попросту не дают перспективным стартам развиваться самостоятельно. Покупка продукта за определенную сумму — лишь часть большой сделки по поглощению перспективной технологии. Сразу после покупки перед новым владельцем появляется дилемма: уничтожить продукт или доработать его до коммерческого применения. И чаще всего происходит и то, и другое. Но в разное время. 

Борьба с конкурентами

Несмотря на то, что Apple и Google географически находятся в одной стране, два техногиганта воюют на самом серьезном уровне. Правда, это не открытая война с убийством конкурентом, но самая настоящая гонка цифровых вооружений. Работает это примерно так же, как во времена холодной войны — конкуренты пытаются купить не только секреты друг друга, но и перспективные разработки у третьих лиц — сторонних компаний и стартапов.

Лидеры отрасли не стесняются покупать перспективные компании целиком и полностью, а потом лишать доступа к сервисам тех, кто либо живет не в той стране, либо пользуется устройством от другого производителя. К примеру, в начале апреля Apple стала владельцем приложения Dark Sky — уникального сервиса, известного своими высокоточными прогнозами погоды, которые просчитываются искусственным интеллектом. Сразу после завершения сделки софт был удален из магазина Google Play, и теперь программа доступна исключительно в экосистеме Apple, причем даже не во всех странах – в каталоге российского AppStore она не представлена до сих пор.

Google тоже наносит ощутимые удары по конкурентам и покупает не просто стартап, идею и наработки, но и всю команду заодно. Так произошло со справочным сервисом Superpod, купленным Google в 2019-м за $60 млн. После этого вся команда стартапа перешла к работе над неким "большим проектом", в который Superpod, вероятно, и был интегрирован. Скорее всего, этот "большой проект" появится только в сервисах Google и, если все пройдет как нужно, будет обнаружен в магазине приложений Google Play.

Не исключено, что Google может пойти по тому же пути, что и Apple с приложением для отслеживания погоды — для "яблочных" устройство новый суперсервис, куда интегрируют Superpod, может оказаться недоступен.

Битва за власть

В этом смысле Apple и Google являются абсолютными доминантами на рынке приложений. В первую очередь это происходит из-за того, что другие игроки либо ушли с рынка, либо не представили никаких альтернатив для пользователей. Исключение составляет, пожалуй, лишь собственная экосистема и магазин приложений Huawei, однако китайцы пошли на вынужденные меры лишь из-за американских санкций и запрета Google на установку операционной системы Android на устройства компании. При этом в Huawei никаких жестких стандартов относительно принадлежности приложений и их архитектуры не прописали. Базовые ценности все те же: открытость, прозрачность, внимание к защите персональных данных и безопасность конечного пользователя.

А вот американские интернет-магазины приложений уже неоднократно отмечались нечистоплотной борьбой с прямыми конкурентами. Здесь история не какая-то международная и абсолютно абстрактная, а российская и вполне конкретная.

Из-за монополии Apple и правил во внутреннем магазине приложений пострадала уже российская компания. Удалив по формальным признакам приложение родительского контроля Kaspersky Safe Kids из своего магазина, американский ИТ-гигант Apple расчистил путь своей собственной разработке, практически полностью копирующей функционал российского приложения.

Рассмотрение жалобы "Лаборатории Касперского" в ФАС по этому инциденту запланировано на 20 апреля. Важно заметить, что за такие действия Apple регулярно получает судебные иски как от других разработчиков, которые обвиняют компанию в нарушении прав интеллектуальной собственности, так и от простых пользователей AppStore, которые, согласно решению Верховного суда США, теперь тоже имеют право подавать в суд на компанию из Купертино.

Как рассказал Директор института права и развития ВШЭ-Сколково и Антимонопольного центра БРИКС Алексей Иванов, США в своей антимонопольной политике неформально зачастую занимали de facto протекционистские позиции, допуская рост рыночной власти "своих" цифровых гигантов и ограничивая развитие "чужих", при этом обосновывая это логикой антимонопольного регулирования, а не промышленной политики. Это особенно заметно на фоне антимонопольных расследований против Google.

Происходило это в то время, как в Европе, России и ряде других стран, например, в Индии и Бразилии, в отношении Google были возбуждены десятки очень серьезных антимонопольных дел, в том числе с весьма ощутимыми для компании последствиями. Например, Еврокомиссия в общей сложности оштрафовала Google на почти 10 млрд евро за антимонопольные нарушения в последние годы. В США подобной активности антимонопольных ведомств до последнего времени не было. Лишь в последнее время мы видим робкие попытки антимонопольных регуляторов в США повнимательнее присмотреться к антиконкурентным практикам Google.


Судились, судятся и будут судиться

Еще важно отметить, что до сих пор не закончилась история с судом по комиссии AppStore. В июне 2019 года разработчики софта из Испании подали в суд на Apple, обвинив корпорацию в "неконкурентной" практике продажи приложений для iPhone. В иске было указано, что продажа приложений исключительно через официальный магазин AppStore нарушает антимонопольное законодательство. Истцы указали в заявлении, что Apple взимает 30-процентную комиссию с доходов разработчиков от продажи приложений в AppStore, фактически не только диктуя правила, но и продавая размещение в собственном магазине.

Но даже несмотря на многомиллионные штрафы и групповые иски, IT-гиганты не останавливаются ни перед чем, чтобы потеснить друг друга на Западе. Если такой риск для компаний считается оправданным, значит практику скупки и угнетения разработок они попытаются перенести и на российский рынок. Умерить аппетиты зарубежных монопольных игроков и защитить от разрушительного вторжения динамично развивающиеся отечественные IT-компании может исключительно государство, в компетенции которого не просто контроль за цифровыми продуктами, но и исследование компаний на предмет монопольного сговора.

В мировой цифровой экономике на данный момент достигнут один из самых высоких уровней концентрации капитала и рыночной власти в современной истории. Эта концентрация ресурсов привела к множественным проявлениям неравенства – между компаниями из разных стран и из разных сфер экономической жизни. Безусловными преимуществами, вызванными логикой развития цифровой экономики в последние годы, в страновом срезе обладают компании из США, Китая и в меньшей степени ЕС, а в отраслевом плане – компании-организаторы или архитекторы цифровых экосистем. Ключевые причины этого стремительного роста рыночной власти, по оценке многих экспертов, лежат в плоскости ослабленного антимонопольного регулирования.

Алексей Иванов отмечает, что антимонопольное законодательство и правоприменительная практика не успели за быстрыми изменениями бизнес-моделей и методов усиления рыночной власти в цифровую эпоху.

Например, регуляторы не смогли адекватно отреагировать на сделки экономической концентрации компаний, не имеющих значимых материальных активов, а обладающих лишь нематериальными активами в виде массивов данных и сетевых связей с потребителями. Так, Facebook в 2014 г. заплатил 22 млрд долларов за WhatsApp, хотя последний не имел каких-либо значимых материальных активов на балансе и стабильно нес убытки.

Иванов отметил также, что в России уже есть успешные примеры балансировки положения иностранных и российских компаний в цифровой экономике мерами антимонопольного воздействия. Это два дела: против Google по факту злоупотребления рыночной властью с помощью платформы Android и в отношении экономической концентрации компаний Bayer и Monsanto в агротехнологической сфере, включая цифровые платформы для агросектора. В обоих случаях ФАС России при поддержке экспертов НИУ ВШЭ удалось сформулировать такие меры антимонопольного реагирования, которые сыграли в интересах развития российских компаний и в конечном итоге привели к сглаживанию дисбаланса в рыночной власти российских и иностранных игроков.

В этом смысле принятие Пятого антимонопольного пакета является критически важным, чтобы такие дела были не исключением, а правилом. Речь идет, прежде всего, о пересмотре подходов к контролю экономической концентрации глобальных компаний, которые позволят как фиксировать реально значимые сделки, так и применять к таким усиливающимся в рамках слияний глобальным компаниям эффективные меры антимонопольного реагирования – например, предписывать передачу определенных технологий и данных или раскрытие программного кода своим конкурентам.

Российскому законодателю важно преодолеть указанную порочную логику удовлетворения интересов иностранных правообладателей в ущерб развитию собственной экономики. Зарубежные правообладатели, которыми часто являются лидеры цифровой экономики, выигрывают от того, что у них нет необходимости соблюдать правила честной конкуренции на российском рынке. Но такое положение дел не соответствует общепризнанным принципам свободной торговли и наносит заметный вред российской экономике.